Разморившееся за день солнце укладывалось на ночь за деревьями и кустарниками дубравы.

Натруженные пчёлы спешили к ульям, тяжело падая на прилётные доски и проскальзывая в летки. Вдруг на западе выползла чёрная, косматая туча и безжалостно поглотила сонное светило. С той же стороны по макушкам деревьев пробежался невидимый порывистый ветер. Метнулся к сидящим, растрепал волосы, дохнул холодком, взъерошил копёшку травы, поддал в бок взвизгнувшую собачку и махнул на бугор. А там, на сухих проплешинах, закрутился волчком, вытягиваясь в столб, поднимая пыль и мелкий сушняк. И сзади зашумели ветви, дунул со свистом сквозняк, и уже на холме, словно в танце, извивались два смерча. Они неистово и беспардонно выплясывали между небом и землёй, то сцепляясь, то разбегаясь, то вновь сталкиваясь. Да так, что мороз продирал по коже! У деда Василя язык отнялся. Насилу он разнял губы и прошептал:

- Чёртова свадьба…

Два вихря сплелись воедино и мигом взметнулись в тёмное небо.

- Что-что? - переспросил Назар, заворожённый дивным зрелищем.

- Чёрт с ведьмой венчаются, - повторил старик и перекрестился.

- Давай чай пить да почивать. Назарка, а ты читаешь на ночь «Отче Наш»?

- Пока ещё нет.                            

- А я уже читаю.

Восточная половина неба высвечивалась звёздными светлячками, а западная наступала лёгкими сумерками. Бодро и по-доброму зазвенели сверчки, успокаивая растревоженные души людей.